В поисках творчества. Часть 2

"В поисках творчества", часть 1 читайте в предыдущем, 32-ом номере журнала

...Впоследствие так и оказалось. Мастера постоянно импровизировали, так как делать одно и то же скучно, в этом нет развития. Интересно сделать то, чего нет ни у какой декораторской фирмы и производителя художественных материалов. Зачастую использовались материалы, не предназначенные для отделки помещений. Например, с помощью стеклянных гранул, которые используются при строительстве дорог, можно было выбить рельефный орнамент через специальный трафарет, предварительно смешав эти гранулы со специальным клеем и перламутровым порошком.  В результате покрытие напоминает бархатный рельеф с кристаллами. Все эти технологии мастерами держатся в секрете, так как образец не только необычно выглядит, но и прост в исполнении, а выглядит потрясающе дорого. Например, чтобы создать перламутровый рельеф из профессиональных материалов, придётся нанести рельеф из специальной пасты, которая не даёт усадку и её не нужно шлифовать, сушить, а потом, опять приклеив тот же трафарет, нанести слой со специальной серебристой краской.

фото студии 

Фото студии

Зная технологии, обладая опытом и вкусом, не потеряв интереса к экспериментам, новым открытиям и творческому процессу, мастера создают работы, наслаждаясь всем процессом от и до.

Хороший декоратор сделает хорошую работу, продумав самую лёгкую технику её исполнения. А свободное время потратит на собственный рост и новые открытия.

Фото студии

Фото студии

Люди в студии подобрались достаточно прямолинейные. Меня сразу спросили, не хочу ли прийти в студию и познакомиться. Хочу ли я приходить и работать над образцами прямо у них, у них многое есть на месте. Не хочу ли я показать, что именно знаю и умею. Тут же научили меня наилучшим образом делать венецианские штукатурки и песчаные покрытия и обсудили план дальнейшей работы, если хочу с ними сотрудничать.

венецианские штукатурки

Венецианская штукатурка

Техника из песка

Песчаное покрытие

Мне сказали, что все художники в их студии уже переболели болезнью «я всё могу сам», что им больше нравится вести дела вместе, и если я хочу,  могу к ним присоединиться. Они предложили мне тоже чем-то поделиться с ними. Например, сделать стенд в своём стиле, ведь у каждого мастера своя рука и свой вкус. Все они очень разные, и поэтому постоянно учатся и подсказывают друг другу.

Я предложила им не падать в обморок, если они увидят на стенде что-то девчачье, то, что нравится всем девушкам!  Так мы и сделали.

Мои "девчачьи" образцы

 Мои «девчачьи» образцы

Также то, что я беру свои заказы на стороне, их тоже вполне устраивало, что тоже было неожиданно и давало возможность для манёвра.

И мы начали работу. Планомерно и с удовольствием пошёл процесс обучения, работы, развития. Во время работы мы говорили, и я открыла много такого, что никак не могла понять, живя годами в Канаде, а людям это было понятно сразу. У каждого был свой творческий путь становления и истории. Оказалось, что ведущий мастер в моем возрасте тоже был в Канаде. В те времена о декораторском мастерстве ничего в Латвии не знали, да и спецматериалов отродясь никто не видел. Поэтому молодой реставратор решил пополнить свой круг знаний и поехал учиться в Канаду к одному знакомому. За поездку и обучение нужно было отработать на объектах. Оттуда и началась история развития и ввоза в Латвию разных заморских материалов. Как странно было слышать от мастеров совершенно аналогичные рассказы о Канаде.

Мастер рассказывал, что 20 лет назад, приехал в Канаду, и ему там очень не понравилось, несмотря на то, что там всё выглядит благообразно, ему не хотелось там долго задерживаться. То есть он даже и не рассматривал такие понятия, как культурный шок и период адаптации эмигрантов. Ему было все ясно с первого дня. Очень странно рассматривать истории многих художников, их творческий или посредственный подход к своей сфере деятельности. Баланс важности материальных ценностей в их жизни. Все эти истории с годами создают картину, что жить в Канаде могут и хотят те художники-эмигранты, у кого материальные ценности стоят на первом месте.

Мастер рассказывал слово в слово о том, что общество там более консервативно, что они привыкли покупать бренды и обращаться к художникам с именем. Качество самой работы их мало интересует, они мало в этом понимают, так как там научены выполнять только одну операцию в работе, больше ничего в своей сфере не знают. Но тем не менее, жаловаться на качество любят. Поэтому молодой мастер, работая на объекте, не удивлялся жалобам и капризам заказчика, который требовал и требовал, как только объект посещал начальник фирмы с именем. И простой прогулки по помещениям было достаточно, чтобы все начали восхищаться сделанной работой, хотя все знали, что работу от и до проводил другой мастер.

Наших специалистов любят приглашать туда, так как те могут работать за пятерых. А эмигранты там постепенно становятся жестокими, так как ничего, кроме этого, вокруг себя не видят, а им самим тоже надо выжить или разбогатеть. Дать невыполнимую работу или не объяснить, как работать с новыми материалами, которые люди никогда не видели, — в порядке вещей. Заставить женщин надрываться и таскать тяжести, это тоже норма, так как считается, что помогать женщине — это дискриминация. А зачастую мужикам просто нравится смотреть, как женщины надрываются или работают в грязи. Если ты не можешь справиться — уходи. Закон там давно заменил совесть.

Чтобы наработать бренд, человеку или фирме нужно не только быть вхожим в высшее общество, но и иметь впечатляющие примеры работ и хорошую рекламу. Это публикации объектов в ведущих журналах, где один лист цветной печати стоит 4000 долларов. А ты должен быть постоянно на глазах публики, принимая участие в выставках, рекламируя себя по радио и т. д. Тогда, спустя какое-то время, люди привыкнут и начнут к вам обращаться.

Я как-то работала в одной молодой фирме, которая делала скульптуры для города и росписи для музеев. На моих глазах они взяли один заказ на скульптуру. Чтобы выиграть тендер, они сильно занизили цены. И после окончания проекта оказалось, что чтобы реализовать этот объект, они вложили два миллиона из своего кармана. Естественно, чтобы уменьшить расходы, из людей там выжимали все силы. Так происходило из года в год, в том числе и после того, как фирма выбилась на серьёзный уровень. Поэтому знаменитый художественный комбинат, со столетним  стажем работы и огромным портфолио и более-менее человеческим отношением к людям, потихоньку уходил на дно. Они переезжали из одного цеха в цех поменьше и никогда не знали, будет ли работа через неделю. Там было много людей, кто пожертвовал успехом и карьерой ради того, чтобы работать там, где им интересно.

Даже за те 7 лет, которые я прожила в эмиграции, лицо Канады сильно и стремительно капитализировалось. Ритмы менялись, искусство, люди менялись. Иногда я сталкивалась с островками старой доброй Канады, и мне она очень нравилась. Как-то я попала в дом пожилой пары. Им было за 70, но они оба обладали острым умом, энергично двигались и постоянно были заняты делом. Они были очень благожелательны, это не была простая формальность. Они с удовольствием следили за моей работой, хорошо помнили меня, мое имя. (Для примера: мой непосредственный начальник, очень неплохой человек, так и не запомнил, как меня зовут, хотя во время работы мы разговаривали с ним каждый день подолгу по телефону, также ему приходилось выписывать чек на моё имя каждые 2 недели, а на моём бракосочетании он был свидетелем, так как не отказался мне помочь в трудную минуту — оформил мне рабочую визу. Это было выгодно ему, а мне давало возможность остаться в Канаде.)

Так что и дом, и эта пожилая пара произвели на меня очень приятное впечатление старой доброй Канады. Да они и сами рассказывали, что Канада стремительно меняется. Странным было даже то, что они разговаривали с теми, кто работал в их доме. А их дом, пожалуй, единственный, в котором мне было уютно. Хотя каждый день я попадала и в самые современные, и в старинные особняки. И несмотря на то, что мне очень нравятся простые формы, просторные светлые помещения с высокими потолками, там от этого идеального «скандинавского» дизайна веяло холодом и неуютом. Такими же были и картины на стенах. Ничего не выражающими пятнами краски, зачастую напечатанные принтером на холсте или привезённые из Китая с промышленной фабрики штамповки «искусства». И даже после семи лет жизни мне было трудно смотреть на жителей этих скандинавских домов. Худых, зачастую одетых в белое. Со стеклянными глазами, улыбающихся стеклянной улыбкой с идеальными фарфоровыми зубами и произносящих одни и те же фразы. Они медленно ходили по дому, много говорили между собой. А при выполнении работы по дому такой, как вытаскивание из картонных ящиков своей одежды, они одевали плотные резиновые перчатки до локтя.

Так вот, дом этих пожилых и приятных людей был полон искусства. Такого, какого я нигде не видела. На одной стене было живописное панно с видом канадской горной реки и лесов с водопадом. Это панно было достойно быть написанным на холсте и принадлежать руке очень-очень талантливого станкового живописца. Хотя живописцев такого уровня я вживую, может, и не встречала. Мастерство и качество, талант и чувствование сюжета были налицо. Это была очень канадская работа, от неё трудно было отвести глаза. В некоторых комнатах у них на стенах были очень ненавязчивые уютные обои, хотя обои в Канаде сейчас непопулярны. А местное население очень следит за модными тенденциями. Так что люди, которые делают то, что им нравится, там редкость. И ещё мне очень понравилась их кухня. Это была кухня старого образца, покрытая глазурью. Глазурь наносилась кистью и не разглаживалась после наждачной бумагой, поэтому читались разводы. Это придавало ей шарм. Сразу было видно, что кухня красилась вручную. И по прошествии 20-ти лет эта кухня выглядела, как произведение искусства.

Ко всему, по окончанию работ, эти люди мне сделали подарок — отдали антикварный столик, так приглянувшийся мне в их гараже. Для примера, там не принято дарить что-то, а старое или ненужное люди распродают. Называется это «гаражная распродажа». Это делают и миллионеры, и люди небогатые.

Так что жизнь в Канаде не баловала меня большим разнообразием возможностей творческой жизни и, вернувшись в Ригу, с огромным удовольствием я взялась за декораторскую работу.

«В поисках творчества. Часть 3» читайте здесь.

Марианна КАРНАУХ

Комментарии

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
3 + 15 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.